Вечерній звонъ : повѣсти о любви
48 копія мадонны Гирляндайо. Такъ начинаются обыкновенно новыя „явленія" въ пьесахъ: еще не поздоровавшись, гостья начала прямо монологомъ, полнымъ темперамента и страсти: — Нестыдно? Такъ-то вы меня любите! Что вышло между вами? Почему вы не показываете въ театръ носа? Разлюбили уже? Разочаровались? Только тутъ, сдернувъ перчатку, она протянула мнѣ тонкую изящную руку для поцѣлуя, а когда я поцѣловалъ, эта рука игриво шлепнула меня перчаткой по -лицу. Потомъ она начала разговаривать съ Фединой собакой и та не ворчала, а привѣтливо покачивала хвостомъ и норовила лизнуть гостью въ губы... Неожиданно оборвавши этотъ разговоръ, она обернулась ко мнѣ и спросила: — Что вышло между вами и Федей? Объясните пожалуйста! — Спросите его. Чужая душа — потемки. — Съ нѣкоторыхъ поръ онъ положительно сталъ Гамлетомъ, разрѣшающимъ вопросъ „быть или не быть"... Бросилъ свои экзамены... Гуляетъ по кладбищамъ... Я подозрѣваю, что... вы его обидѣли .. и боюсь! Я такъ напугана этими дуэлями... Въ чемъ дѣло? Шерше ля фаммъ? Она погрозила мнѣ пальчикомъ. — Я слышала, что вы изучаете психологію женской души? Опасная, другъ мой, наука! Съ огнемъ не шутятъ... А, впрочемъ, я тоже склонна къ этимъ экспериментамъ. — Я застрахованъ... отъ этого огня. — Вы такъ думаете? Пронзительный взглядъ прямо въ глаза, взглядъ, повѣянный синимъ туманомъ загадочности... — И кого-же вы избрали своей жертвой? — спросила она, прищурясь.