Вечерній звонъ : повѣсти о любви
90 своему дядѣ, я въ Симбирскѣ все лѣто проживу. Приходить стану вмѣсто учителя. Ты дѣвушка умная и смѣтливая, поспорить могу, что учительницей тебя сдѣлаю... Молчитъ, но замѣтно волнуется. Это видно по опущеннымъ глазамъ, по вспыхивающимъ на щекахъ румянцамъ. Пока я фантазирую на тему, какъ она сдѣлается барыней, Полянка ощипываетъ листочки съ тальниковой вѣточки и слушаетъ... Конечно, я и самъ вѣрю въ свои фантазіи: въ Казани есть учительская семинарія, въ которую принимаютъ исключительно крестьянскихъ дѣтей для подготовки въ учителя и учительницы. Разсказываю объ этомъ дѣвушкѣ. Незамѣтно разставили всѣ рачни. Поплыли опять къ шалашу. Какъ-то странно присмирѣла дѣвушка, сдѣлалась серьезной и пугливой. Вылѣзли на бережокъ. Она печально улыбнулась мнѣ: — Ну, теперь поѣзжай за утками! — А ты? — Я домой побѣгу. — А раки? — Вечеркомъ надо прійти. — Поѣдемъ за утками! — Нѣтъ. Не могу. Развѣ можно бросить маякъ безъ человѣка? Хотѣлось бросить и ботникъ и утокъ, — пойти назадъ съ Полянкой, но сдѣлать это было какъ-то стыдно, и я остался. Мы условились такъ: если Михайло Иванычъ вернется, она не придетъ сегодня. Рачни будетъ вынимать завтра. Если отецъ не вернется къ ночи, она, зажегши огни на баканахъ, придетъ на озера, и мы вмѣстѣ будемъ вынимать рачни. Надо захватить фонарь и ведро для раковъ. Ушла. Грусть поползла въ душу. Такъ-бы и побѣжалъ въ догонку!