Владимірскій сборникъ : въ памęть 950-лѣтїę крештенїę Руси : 988-1938
іД * * * Таковъ былъ матеріалъ, которымъ располагалъ въ 1113—16 гг. авторъ „Повѣсти временныхъ лѣтъ", главнаго источника позднѣйшихъ свѣдѣній о Владимірѣ Святомъ. Какъ же онъ имъ воспользовался? Въ существенномъ онъ остался на почвѣ традиціи предшествующихъ лѣтописцевъ. Поэтому его Владиміръ выступаетъ предъ нами какъ воинственный и мудрый правитель, князь-дружинникъ со всѣми свойствами и достоинствами такового. Но къ свѣдѣніямъ, сообщеннымъ ими, онъ добавилъ новыя преданія, заимствованныя изъ позднихъ былинъ, уже утратившихъ связь съ историческимъ Владиміромъ. Поэтому его Владиміръ менѣе энергиченъ и болѣе пассивенъ, чѣмъ подлинный. Его активность переносится отчасти на его окруженіе: на его дядю Добрыню, на бояръ, дружинниковъ. Позднѣйшіе лѣтописцы пошли его путемъ и, если имъ случалось возвращаться къ обработкѣ эпохи Св. Владиміра, спокойно черпали новыя данныя изъ устнаго народнаго творчества и даже сочиняли ихъ сами въ его духѣ. Такъ мы знаемъ, что уже продолжатель „Повѣсти" въ Лаврентіевскомъ спискѣ для объясненія вражды Изяславичей къ Ярославичамъ внесъ въ лѣтопись былину о сватовствѣ Владиміра за Рогнѣду въ новой, болѣе варварской редакціи; что Степенная книга и Никоновская лѣтопись окружаютъ Владиміра богатырями изъ былиннаго эпоса XVI в. Степенная книга даже какую-то Малъфрѣдь, о смерти которой „Повѣсть временныхъ лѣтъ* сообщаетъ подъ тысячнымъ годомъ, превращаетъ по собственной догадкѣ въ Малвреда сильнаго. Она же записала и сказку о палицѣ, которую идолъ Перуна, ввергнутый въ Волховъ, бросилъ на мостъ, когда проплывалъ подъ нимъ. Сказка измышлена, чтобъ объяснить происхожденіе знаменитыхъ боевъ Софійской и Торговой стороны въ Новгородѣ на мосту черезъ Волховъ. Впервые встрѣчаемъ ее въ еще болѣе фантастичномъ видѣ у Герберштейна, посѣтившаго Россію въ 1519 и 1526 гг. въ качествѣ посла Германскаго императора. Сказка имѣла успѣхъ. Изъ Герберштейна она попала въ „Хронику" польскаго историка Стрыйковскаго (1582 г.), а отъ него въ „Синопсисъ" Иннокентія Гизеля (1674 г.). Гизель внесъ въ свой трудъ и легенду объ основаніи Выдубицкаго монастыря около Кіева на мѣстѣ, гдѣ идолъ Перуна выплылъ на берегъ, какъ бы исполняя мольбы язычниковъ, которые бѣжали по берегу за нимъ и кричали: „Выдыбай, боже!". Внесъ онъ въ него и другія легендарныя преданія, связанныя съ топографіей Кіева и его окресностей. Въ Іоакимовской лѣтописи, по Татищеву, сообщается о томъ какъ Добрыня крестилъ Новгородцевъ огнемъ, а Путята мечемъ, явно на осноааніи соотвѣтствующей поговорки и судя по подробностямъ разсказа, съ позднѣйшими домыслами книжнаго происхожденія.