Въ раздвинутой дали : поэма о Россіи
Голосъ гобоя. У тебя въ старинномъ домѣ, У тебя въ старинномъ паркѣ Чувства плавятся въ истомѣ, Драгоцѣнны, ковки, ярки. И не ярки, только жарки, Всѣ затянуты золою, Вязы, клены въ стройномъ паркѣ, Цвѣтъ рубина, скрытый мглою. Подъ нависнувшей горою, Отдалившей все, что въ мірѣ, Тѣмъ ты ближе къ аналою, Чѣмъ чужія дали шире. На блѣднѣющемъ сафирѣ Хлопья въ облачномъ теченьи, Свѣтъ Даровъ Святыхъ въ потирѣ, Чаши неба вознесенье. Вѣтеръ въ вязахъ — отзвукъ пѣнья, Въ перезвонахъ свѣтятъ клены. Всѣхъ минутъ богослуженье, Память впала въ антифоны. Есть высокіе законы Надъ уронами мгновеній: Всюду свѣтятся амвоны, Гдѣ исходъ изъ сожалѣній. Наши чувства — только тѣни Тѣхъ, что снились достовѣрнѣй. Лебедь — лѣпка всѣхъ движеній, Но недвижный — онъ размѣрнѣй. Нѣжны розы между терній, Духъ — звѣзда, въ себя вступая. Пьетъ лучи Звѣзды Вечерней Чаша неба голубая. 127