Въ раздвинутой дали : поэма о Россіи
Всезавладѣвающая. Не стукнетъ, не брякнетъ, а уголъ темнѣй. И видно, по спуску нѣмыхъ ступеней, Что часъ наступаетъ продольныхъ тѣней. Не скажетъ, не спроситъ, а слышится вздохъ. Росой зазвѣздился сѣрѣющій мохъ. И явствененъ въ сердцѣ глаголящій Богъ. Густѣетъ вліянье таинственныхъ силъ. Въ душѣ колебанье незримыхъ кадилъ. И путь свой крыломъ козодой зачертилъ. Померкъ досіявшій узорный балконъ. Въ селѣ отдаленномъ смолкающій звонъ. Глубокою синью налитъ небосклонъ. За садомъ бѣлѣетъ прохладою лугъ. Дневныя свершенья — законченный кругъ. На небѣ мерцаніе гроздій и дугъ. Такъ скоро за первой Вечерней Звѣздой Верховные кони сверкнули уздой, И Серпъ Новолунній взошелъ надъ водой. Ладьей отразился въ зеркальномъ пруду. Все стройно и цѣльно въ своемъ череду. Въ осокѣ шуршанье, въ ней вѣтеръ въ бреду. 77