Записки Русскаго научнаго института въ Бѣлградѣ
253
тентнымъ“. Но, указавъ, такъ сказать, мЪсто, занимаемое наУчною собственностью въ системЪ современнаго права, экспертьг совершенно не обосновываютъ органическаго прикр$Зплен!я новаго института къ этой самой системЪ.
Въ литературЪ длались попытки раскрыть юридическую природу научной собственности. \У1епегоп въ своей докторской тем высказываетъ, что открыт!е является расширенемъ рамокъ нашего знан!я и познаван!я, а потому сдЪлавций открыт!е является какъ бы первымъ завладЪвшимъ новымъ знашемъ или достиженемъ. Оньъ его собственникъ по правилу „гез пиШиз се! ргипо оссирапй“. Тотъ, кто используетъ данное открыт! въ цБляхъ его практическаго прим$нен!я, вступаетъ съ открывателемъ въ правоотношен!я, именуемыя зресШсаНо. Ученый даетъ матер!алъ, техникъ его обрабатываетъ. Такимъ образомъ, прихолится вернуться къ первымъ вЪкамъ христ!анства и вспомнить знаменитый споръ д-ухъ юридическихъ школъ: прокульянцевъ и сабиньянцевъ — кому принадлежитъ серебряная ваза, тому ли кто ее сдЪлалъ, или же тому, изъ чьего серебра она сдЪлана.
Упомянутый выше Рош колеблется между двумя дорогами — съ одной стороны научная собственность даетъ основан!е иска ученаго къ использователю по началамъ неправомЪрнаго обогащеня. Но такъ какъ въ случаяхъ, когда использован!е не приносить выгодъ, подобное основан!е претенз!й ученаго отпадаетъ, то ЮоБш пробуетъ сблизить изслЗдуемыя имъ правоотношеня съ договоромъ найма и усматриваетъ квази контрактъ между ученымъ и прим$нителемъ. Вознагражден!е ученаго это „ипе зопе 4е 1оуег, ай ронг Та ]о1155запсе 4е Г14ве зоепиНаие, пизе раг зоп ашешг А 1а 91зрозШюол 4ез Чегз“.
Достаточно этихъ примБровъ, чтобы показать, что попытки теоретическаго обоснован!я научной собственности не удались, и проблема эта осталась неразрЪшенной.
Это положеше какъ бы открываетъ видъ на перепут!е, образованное скрещенемъ разныхъ направленй мысли по указанному вопросу.
„/Такихъ главныхъ направленй — три. Первое —совершенно отрицающее каюя бы то ни было претенз!и ученыхъ на вознаграждение за ихъ открыте и творческую работу. Второе, которое, считаясь съ невозможностью теоретическаго обоснован!я индивидуальнаго права ученаго, культивируетъь идею сощальнаго вознагражденя всей корпоращи ученыхъ съ дальнЪИ гимъ уже подраздБленемъ такового между отдфльными лицами. Третье, которое, отважно перешагнувъ черезъ „зыбуще пески теор!и“, все-таки строитъ индивидуальное право ученаго и даже въ международномъ масштабЪ, стараясь пополнить имъ число уже существую-