Исторія Русской Арміи. Ч. 1, (отЪ Нарвы до Парижа) : (1700-1814)
80 ными. Въ развернутомъ строю гренадерскія роты шли пополуротно на обоихъ флангахъ батальона. Наиболѣе употребительные „карей" были: Полковой, употреблявшійся при неподвижной оборотъ, преимущественно, отраженіи конницы: три первыя фузелерныя роты образовывали передній фасъ, три послѣднія — задній; изъ остающихся среднихъ — три четныя (я-я, 6-я, 8-я) образовывали правый, три нечетныя — лѣвый фасы. Гренадеры распредѣлялись по фузелернымъ ротамъ и всѣ вмѣстѣ расчитывались на плутонги, по 3 плутонга на фасъ. Полковая артиллерія становилась на углахъ, обычно по двѣ пушки на переднихъ, по одной на заднихъ. При наступленіи „сочинялся" карей иного рода — длинный, или „долгій" — о трехъ сторонахъ: 8 ротъ въ переднемъ фасѣ, по 2 въ каждомъ изъ боковыхъ, задняго фаса нѣтъ. Этотъ трехсторонній карей былъ излюбленнымъ построеніемъ нашей арміи въ блестящій періодъ второй половины ХѴЛІ вѣка. Строевая часть усложнялась до чрезвычайности введеніемъ въ каждодневный обиходъ громаднаго количества ненужныхъ командъ, пріемовъ и построеній, рабскаго копированія пруссачины. Петръ Великій училъ войск і лишь тому, что имъ сможетъ пригодиться на войнѣ. Въ серединѣ ХѴШ вѣка (въ эпоху Шувалова и Чернышева, плацъ-парадныя требованія начинаютъ заслонять собственно боевыя. Команды были лихія „съ замираніемъ сердца*', но многословныя и часто походили на монологи. Для заряжанія, приклада и выстрѣла требовалась напр. по раздѣленіямъ подача тридцати особыхъ командъ — „темповъ" („пли!*1 лишь на двадцатьосьмотчЪ темпѣ, а на тридцатомъ ружье бралось „на погребеніе") Введенъ былъ прусскій журавлиный шагъ и прусское наказаніе—палки, за плохой строй. Особенное вниманіе обращалось на быстроту заряжанія и отчетливость пріемовъ при этомъ. Если солдатъ ронялъ патронъ, то его тутъ же передъ фронтомъ нещадно били палками либо фухтелемъ. Уставу 1755 г суждено было остаться мертвой буквой для большей части Русской Арміи. Годъ спустя былъ объ явленъ походъ и на поляхъ Пруссіи было не до выстрѣловъ „въ тридцать темповъ1'. А вскорѣ, по окончаніи Семилѣтней войны, вся эта плацъ-парадная премудрость сошла на нѣтъ въ славное царствованіе Екатерины Л, чтобы съ новою силой воскреснуть при Императорѣ Павлѣ и его двухъ сыновьяхъ. Надо замѣтить, что отношенія Россіи къ Пруссіи были при Елисаветѣ самыя холодныя. Вводя въ армію пруссачину, Шуваловъ отдавалъ лишь дань общему для всей тогдашней Европы преклоненію передъ Фридрихомъ II, доведшимъ автоматическую выучку своихъ войскъ до крайней степени со¬