Исторія Русской Арміи. Ч. 1, (отЪ Нарвы до Парижа) : (1700-1814)
89 зиннаго довольствія армій и „пяти переходной системы" уничтоженіе магазиновъ влекло за собой срывъ плана кампаніи. Первый налетъ, произведенный на русскій тылъ въ Познани небольшими силами въ февралѣ, сошелъ пруссакамъ въ общемъ благополучно, хоть и не причинилъ особеннаго вреда русской арміи ®5). Другой набѣгъ въ тылъ австрійцамъ въ апрѣлѣ былъ гораздо успѣшнѣе и австрійская главная квартира до того была имъ напугана, что отказалась отъ всякихъ активныхъ дѣйствій въ теченіи весны и начала лѣта. Тѣмъ временемъ петербурская конференція, окончательно подпавъ подъ вліяніе Австріи, выработала на 1759 г. планъ операцій, по которому русская армія становилась вспомогательной для австрійской. Ее предполагалось довести до 120.000, изъ коихъ 90.000 двинуть на соединеніе съ цесарцами, а 30.000 оставить на нижней Вислѣ. При этомъ главнокомандующему совершенно не указывалось, гдѣ именно соединиться съ австрійцами и чѣмъ руководствоваться при совершеніи операцій „вверхъ либо внизъ по теченію Одера". Укомплектовать арміи не удалось и до половины предположеннаго — ввиду настойчивыхъ требованій австрійцевъ пришлось выступить въ походъ- до прибытія пополненій. Въ кодѣ мая армія выступила отъ Бромберга на Познань и, двигаясь медленно, прибыла туда лишь въ 20-хъ числахъ іюня. Здѣсь былъ порученъ рескриптъ Коіференціи, назначавшій главнокомандующимъ гр. Салтыкова (Фермеръ получалъ одну изъ 3-хъ дивизій). Салтыкову предписывалось соединиться съ австрійцами въ пунктѣ, гдѣ эти послѣдніе того пожелаютъ („буде Даунъ не согласится у Каролата, то у Кросена"), засимъ ему приказывалось „не подчиняясь Дауну, слушать его совѣтовъ" (!) — отнюдь не жертвуя арміей ради австрійскихъ интересовъ — и, въ довершеніе всего, не вступать въ бой съ превосходными силами. Типичная кабинетная проза!. . Фридрихъ И, увѣренный въ пассивности Дауна, перебросилъ съ „австрійскаго" фронта на „русскій" 30.000 — и рѣшилъ разбить русскихъ до соединенія ихъ съ австрійцами. Пруссаки (сперва Мантейфель, послѣ Дона, наконецъ, Ведель) дѣствовали вяло и пропустили удобный случай разбить русскую армію по частямъ Ні смущаясь присутствіемъ этой сильной непріятель<*5) Румянцевъ тщетно указывалъ Фермеру при занятіи квартиръ на всю невыгоду и опасность кордоннаго расположенія. Это послужило даже причиной ихъ размолвки. На 1759 г. Румянцевъ не получилъ должности въ дѣйствующей арміи, а назначенъ инспекторомъ тыла, откуда вытребованъ въ армію уже Салтыковымъ.