Небесныя слова : и другіе разсказы
208 В-ЬЧНАЯ ЖЕНСКОСТЬ Леночка встала, неторопливо и безшумно ушла. Что она, случайно слышала? Или подслушивала? Безполезно было бы доискиваться правды. Развѣ она знала ее сама? Иванъ вернулся въ угловую и молча, съ измѣнившимся вдругъ, усталымъ лицомъ поглядѣлъ на мать. — Что, не было? — шепнула она и прибавила громко, со вздохами: — Нѣтъ, Ваня, нѣтъ, дорогое дитя мое. Повѣрь, я понимаю тебя: ты еще любишь эту женщину, ты ослѣпленъ... Конечно, надо бы спасти ее, не дать ей окончательно погрязнуть... Я поѣду, я поговорю съ ней. Помочь можно, но простить — нѣтъ. Повѣрь, она тебя же станетъ презирать. Прощать въ такихъ случаяхъ... То есть въ этомъ случаѣ... Не- могу и подумать. Тебя, моего красиваго, моего умницу — промѣнять на тенора! Ужасно! Ужасно! Это .меня мажетъ въ гробъ свести. Ваня, ты слышишь? Иванъ поднялъ глаза, улыбнулся тихой, виноватой улыбкой — но не сказалъ больше ничего. Онъ такъ долго разсказывалъ матери о своемъ торѣ и о своемъ новомъ 'прозрѣніи, и забылъ что мать его —- женщина. Старая, милая,кровью рожденья привязанная къ нему; но и опа — изъ " тѣхъ же существъ.которыя даны міру, но которыхъ не дано понимать, которымъ не дано пониманіе ; и она — женщпна.