Небесныя слова : и другіе разсказы
СУДЬБА 217 да. Довольно обыкновенно красива, и мнѣ даже не очень нравится. Не восхищеніе, не удовольствіе н не отвращеніе она подняла, въ моей душѣ, а ужасъ. Тотъ ужасъ — необъясненный ни кѣмъ, злостный, черный страхъ, который всѣ мы испытали... хотя-бы въ дѣтствѣ, ночью, одни, въ темнотѣ. Этотъ страхъ отличенъ отъ всѣхъ другихъ уже тѣмъ, что онъ — половинчатый, и вторая половина его — восторгъ, точно такойже злостный, черный и несравнимый ни съ какимъ восторгомъ, какъ и ужасъ съ другими ужасами. Но я былъ не ребенокъ и невольно началъ разсуждать: что же въ ней, собственно, ужаснаго? Обыкновенна. Красива. Молода... Молода! Вотъ оно. .Вотъ гдѣ. Несомнѣнно молода. Тридцати нѣтъ. Двадцать семь... двадцать восемь. Какъ-бы не такъ! Двадцать семь — и пятьдесятъ, восемьдесятъ, сто двадцать—нѣтъ, двѣ-, сти, триста, — не знаю — эй тысяча лѣтъ! И все-таки несомнѣнно, что ей не больше двадцати восьми, Я обернулся къ моему пріятелю: - Послушайте, па одну минуту: кто эта дама, около Эльдона, влѣво? ЬеЬгип, оторванный отъ разговора, взглянулъ на меня разсѣянно и поспѣшно: — Которая? Въ розовомъ?