Небесныя слова : и другіе разсказы
ТВАРЬ 265 Саша деньгамъ утромъ была, рада, — у нея онѣ подходили къ концу, — а на обѣщаніе снова пріѣхать, — промолчала; ей было весело и радостно отъ того, что было, и что оно вышло такъ хорошо п такъ отлично кончилось; а тому, что еще будетъ — она радоваться не умѣла: вѣдь она не знала, что будетъ. Отъ воспоминаній объ офицерѣ теперь осталась въ Сашѣ лишь одна смутная золотая волна, которая уже незамѣтно претворялась въ такое же смутное, но несомнѣнное предчувствіе новой влюбленности, неизвѣстной. Предчувствіе еше даже не тревожное, а только нѣжное, — томное, тайное, скромное и стыдливое. Старому пріятелю, Александру Михайловичу, Саша была попросту рада. II ему какъ-то однажды твердила она, замирая: «миленькій... охъ. миленькій ты мой! Батюшка ты мой бѣлый! Князь ты мой Серебряный! Потемкинъ ты мой... мой... Таврическій»! (Саша любила почитывать романы, особенно изъ русской исторіи, гдѣ любовь чиста и военные храбры). Однако это все было такъ давно, что и самъ Александръ Михайловичъ едва-ли о томъ помнилъ. Заходилъ онъ къ Сашѣ нерѣдко, Саша любила съ нимъ поговорить и считала «умнымъ». Александръ Михайловичъ вошелъ, потирая съ мороза свои тонкія, удивительно красивыя руки