Топола
80
бездетными, веодоръ Ивановичъ сделали его душеприкащикомъ. Борисъ Годуновъ, вступивъ на царство, сначала относился къ нему, невидимому, почтительно; но опасаясь его, какъ зяконнаго претендента на престолъ, скоро сослалъ его въ Антошевъ СШскШ монастырь (Архангельской губернш); здесь онъ насильственно бнлъ пострижешь вт. монахи и, по Бориса, содержался вт. строгоыъ <бережеши>, такъ что ни съ кЬмъ не долженъ былъ говорить и списываться; кроме того онъ терпеть крайшя отъ пристава, думавшаго угодить царю строгостью своихъ действий) Тамъ же онъ былъ посвященъ въ Iеромонаха и архимандрита. При ЈжедпмитрЈе I былъ рукоположенъ въ ростовскаго митрополита, какъ мнимый родственники воцарившагося самозванца (1605 г.). гТГо вступлешп на престолъ Василlя Шуйскаго, онъ посылайся въ Угличъ для открьшя мощей царевича Въ октябре 1609 г. былъ схваченъ сторонниками тушпнскаго вора и прпведенъ въ Тушино. Царикъ, самозванно велпчавшш себя Дпмитрlемъ, прпнялъ Филарета ласково и нарекъ его въ патр!арха, какъ своего мнимаго родственника-* нсГ однако держалъ его въ плену и строго следили за невольно уступали; можетъ быть, даже ему льстило назваше патр!арха. Какъ бы то ни было, онъ счпталъ себя действительно нареченными патр!архомъ московскимъ и всея Poccin и простирали свою власть за предЬлы ростовской enapxin: его ведешю, кажется, подлежали вей области, прпзнававпня тушинскаго вора царемъ. Чувствуя силу Спгизмунда и поляковъ, Фнларетъ выйсте съ некоторыми изъ изменнпковъ-бояръ (Салтыковымъ и др.) готовъ былъ признать Владислава московскими царемъ и вели объ этомъ переговоры; но скоро, увидавъ, что Спгизмундъ хочетъ забрать Русь въ своп руки, остановили переговоры, ссылаясь на то, что не въ праве вести ихъ безъ cor.iacia всего русскаго государства. После бегства царика изъ Тушина, поляки увели съ собою Филарета, но руссше во главе съ Валуевыми разбили ихъ и освободили его (14 марта 1610). По нпзложенш В. Шуйскаго, когда поднималась рйчь о передаче московскаго престола Владиславу, Филаретъ, прежде соглашавппйся на это, теперь сталъ отговаривать москвичей; на лобномъ месте онъ говорили народу: <ыне самому подлинно ведомо королевское злое умышлеше, —хочетъ московскимъ государствомъ съ сыномъ къ Польше и Литве завладетп и нашу непорочную веру разо-