Босния, Герцеговина и Старая Сербия
119 весьма сольно развита въ Босніи между поселянами; даже мусульмане лѣчатъ съумашедшаго тѣмъ, что приглашаютъ православнаго священника читать надъ нимъ евангеліе). Но не судите слишкомъ строго бѣдныхъ Босняковъ: ихъ жизнь такъ горька, что хоть одинъ разъ въ году, когда соберутся въ праздникъ у монастыря, онп ищутъ не скромнаго веселья, а самозабвенія; а какое понятіе могутъ они имѣть о церкви, о богослуженіи? Нѣсколько поколѣній росло и умирало, не видавъ никогда церкви, не слыхавъ цѣлый свой вѣкъ литургіи; а теперь, когда въ нѣкоторыхъ мѣстахъ церкви и монастыри возстановлены, сколько есть такихъ поселянъ въ Босніи, которые еще не могли побывать въ нихъ, потому что для жителей отдаленныхъ деревень это есть цѣлое путешествіе! Сколько, между пришедшими въ Баньскій монастырь, въ Ильинъ день, быль такихъ, которые тогда въ первый разъ въ жизни вст\ пали въ храмъ Божій! Монахи, какъ я замѣтилъ, не только не мѣшали шумному веселію народа, но съ сочувствіемъ глядѣли на движущіяся кола, слушали пѣсни поселянъ: и въ этомъ они руководствовались, конечно, не обдуманною мыслію, но, во всякомъ случаѣ, вѣрнымъ природнымъ инстинктомъ; ибо если Православіе сохранилось, среди всѣхъ возможныхъ притѣсненій и гоненій, въ народѣ, лишенномъ церквей и предоставленномъ попеченію такой іерархіи, которая скорѣе могла отвращать людей отъ вѣры, нежели поддерживать ее, то этимъ оно обязано , кромѣ своей удивительной способности проникнуть въ духъ народа и съ нимъ совоплотиться, еще вліянію народной поэзіи. Народная пѣснь, которую знаетъ и поетъ рѣшительно всякій православный Сербъ въ Турціи, есть то живое преданіе, которое, среди безотраднаго настоящаго, связываетъ его съ славнымъ прошедшимъ и питаетъ въ немъ надежду на будущее. Я описалъ ночныя увеселенія богомольцевъ въ'Баньскомъ монастырѣ. Тѣ же самыя пѣсни, пляски и попойки, по только въ сильнѣйшей степени, возобновились на другой день, послѣ