Владимірскій сборникъ : въ памęть 950-лѣтїę крештенїę Руси : 988-1938
84 въ очень многихъ русскихъ памятникахъ, начиная съ древнѣйшихъ, обнаруживаются слѣды западныхъ вліяній. Присутствіе западныхъ элементовъ является даже одной изъ особенностей русскаго домонгольскаго искусства, отличающихъ его, съ первыхъ же шаговъ, отъ собственно-византійскихъ произведеній. Слѣдуя плану этой статьи, не будемъ останавливаться на примѣрахъ этого западнаго вліянія и отмѣтимъ въ этомъ явленіи только то, что связано съ обще-европейской исторіей искусства. Наиболѣе извѣстны заимствованія отъ романской архитектуры (въ архитектоникѣ и въ монументальной декораціи), которыя наблюдаются на каждомъ шагу въ памятникахъ ХІІ-го и XIII го вѣковъ во всѣхъ русскихъ княжествахъ: въ Галиціи и Холмщинѣ, на Волыни, въ Кіевѣ и Черниговѣ, въ Брянскѣ, Смоленскѣ, Витебскѣ, въ Полоцкѣ и въ Гроднѣ, въ Новгородѣ, въ Рязани и въ разныхъ городахъ ВладиміроСуздальской области. Присутствіе западныхъ вліяній въ эту эпоху не такъ удивительно, если вспомнить, съ одной стороны, оживленныя сношенія русскихъ княжествъ съ многими западными странами и, съ другой стороны, упадокъ „Великаго пути въ Греки (и отъ Грекъ)11. Но не менѣе существено, что въ ХІІ-мъ вѣкѣ на Западѣ окончательно сложилось романское искусство, которое къ этому времени достигло высшаго расцвѣта на крайнемъ Западѣ Европы и окончательно закрѣпилось въ средней Европѣ, а именно въ Венгріи, Польшѣ, восточной Германіи, прибалтійскихъ странахъ и Скандинавіи. Подойдя вплотную къ русскимъ предѣламъ, романское искусство безъ особыхъ затрудненій перевалило, такимъ образомъ, черезъ русскія границы и, здѣсь и тамъ, отмѣтило своимъ вліяніемъ русскіе художественные памятники. Любопытна при этомъ одна особенность этого процесса. Какъ ни безспорны черты романскихъ вліяній въ этихъ руссихъ памятникахъ XII—XIII вѣка, никому до сихъ поръ не удавалось связать ихъ съ какой-нибудь опредѣленной школой (между тѣмъ именно въ ХІІ-мъ вѣкѣ вездѣ на Западѣ—какъ впрочемъ и въ Россіи — устанавливаются областныя школы). Отдѣльныя аналогіи отмѣчаются то въ Италіи, то во Франціи, то въ Саксоніи, то въ Даніи, и особенно въ южной Германіи и въ Тиролѣ. Но это отдѣльныя и не связанныя между собой черты сходства. Какъ будто невозможно установить, изъ какой именно школы (или школъ) шли главнымъ образомъ эти романскія вліянія; тогда какъ въ аналогичныхъ случаяхъ взаимодѣйствія между школами романскаго искусства на Западѣ всегда удается болѣе или менѣе точно опредѣлить происхожденіе заимствованій. Нѣтъ-ли здѣсь указанія на то, что западные мотивы проникали въ русское искусство не живой струей по опредѣленному руслу, а слѣдуя какому-то „капиллярному" процессу? И, съ другой стороны, не потому-ли эти романскіе элементы разнаго происхожденія могли безъ затруд¬