Владимірскій сборникъ : въ памęть 950-лѣтїę крештенїę Руси : 988-1938
167 щеніи Руси. Въ немъ находимъ тѣ же идеи, что и въ предыдущихъ сочиненіяхъ. Разсказавъ, какъ міръ лукавствомъ діавола погрязъ въ идолопоклонствѣ и какъ Христосъ принесъ человѣчеству спасеніе, онъ констатируетъ, что Русь запоздала принять христіанство, такъ какъ въ ней не бывали ни апостолы ни другіе проповѣдники Евангелія, Наконецъ, самъ Христосъ призрѣлъ на свое твореніе и „по мнозѣхъ лѣтехъ милосердова о своемъ созданьи, хотя я в послѣдняя дни присвоити къ своему божеству11. Смущаться позднимъ обращеніемъ Руси ко Христу, однако, не слѣдуетъ, такъ какъ притча о виноградарѣ и работникахъ свидѣтельствуетъ, что пришедшіе и послѣдними въ виноградъ Господень получатъ равную мзду съ тѣми, кто пришли первыми. Для характеристики Владиміра Несторъ воспользовался житіемъ Евстаѳія Плакиды. Какъ и Евстаѳій, онъ уже въ язычествѣ является по жизни и нравамъ совершеннымъ христіаниномъ, которому не доставало только истиннаго богопознанія. Это былъ „мужь правдивъ и милостивъ к нищимъ, и къ сиротамъ, и ко вдовицамъ11, но „Елинъ вѣрою“. Какъ и Евстаѳія, Богъ обращаетъ его къ христіанству нѣкимъ знаменіемъ. Крестившись самъ, Владиміръ креститъ и всю Русскую землю, ставъ такимъ образомъ „вторымъ Константиномъ". Несторъ подчеркиваетъ, что вѣра Христова нашла въ русской душѣ особенно добрую, естественно соотвѣтствующую почву: „Нъ и сего чюднѣй. Заповѣди бо ишедши... всѣмъ хрьститися... ни понѣ единому супротивляющюся, но акы издавна наоучены, тако течаху радующеся, къ крещению11. „Древнее житіе" выдѣлено А. А. Шахматовымъ изъ труда, принадлежащаго Іакову Мниху. И оно съ любовью останавливается на изображеніи политическаго могущества Владимірова, нѣсколько разъ возвращаясь къ темѣ, какъ рука Господня помогала ему и какъ „вся страны бояхуся его и дары приношаху ему". Авторъ не настаиваетъ, что святой крестился безъ всякаго вліянія извнѣ, но у него нѣтъ ни слова ни о посольствахъ сосѣдей съ цѣлью склонить Владидиміра къ своей вѣрѣ, ни о испытаніи имъ вѣры, ни о знаменитой рѣчи византійскаго философа, склонившей князя къ греческой вѣрѣ. Зато въ немъ находится чрезвычайно важное извѣстіе чисто лѣтописнаго характера, а потому вполнѣ достовѣрное, что Владиміръ крестился еще за два года до взятія Корсуня, слѣдовательно, не отъ корсунскихъ Грековъ: „На другое лѣто по крещеніи къ порогамъ ходи, на третье лѣто Корсунь городъ взя, на четвертое церковь камену святыя Богородицы заложи" и т. д. Житіе — единственный изъ источниковъ этой группы, подчеркивающій грѣховность Владиміра язычника, дважды влагая въ уста святого покаянныя молитвы, изъ которыхъ въ одной онъ проситъ Бога не помянуть его „злобы въ поганствѣ11, а въ другой такъ характеризуетъ свою жизнь до крещенія: „Во