Елань : разсказы
71 люди, да камни. И, правда, нашъ строительный камень идетъ по желѣзнымъ дорогамъ и плыветъ по рѣкамъ, по каналамъ, по морю во всѣ южно-европейскія государства. — Камни холодные, а люди теплые — вставилъ я вопросительно. Хозяинъ быстро повелъ на меня мгновенно заблестѣвшимъ чернымъ глазомъ — А люди горячіе — поправилъ онъ гордо. — Нигдѣ люди не любятъ такъ страстно своей родины, какъ въ горной, суровой и скудной Герцеговинѣ. У насъ всѣ за одного, одинъ за всѣхъ. Если я по какому нибудь поводу (исключая, конечно, корысть,) убыо человѣка, и если объ этомъ знаетъ вся Герцеговина, то ни одинъ человѣкъ не только не донесетъ, но и во снѣ не проболтается и не выдастъ ни подъ пыткой, ни подъ угрозой смерти. Я чувствую, что говорю съ настоящимъ пламеннымъ поэтомъ своей суровой страны, и думаю: — Хозяинъ правъ. Вѣроятно, въ самомъ дѣлѣ, любовь къ своему племени, преданность ему обратно пропорціональны величинѣ его территоріи и численности населенія. Вспомнимъ гверіасовъ, Финляндію, кавказскіе аулы, сѣв.-американскихъ краснокожихъ, Ванденъ, тяжбу Великаго Новгорода съ московскими царями, неугасимую ревность о вѣрѣ старообрядцевъ, героизмъ крошечной Фландріи... — Вотъ я знаю, —- продолжалъ хозяинъ, — что вы обожаете пѣсни западныхъ славянъ, вашего великаго Пушкина. Я и самъ говорю, что пѣсни эти прекрасны. Но такихъ пѣсенъ есть еще сотни и тысячи въ легендарной рыцарской Герцеговинѣ. Пріѣзжайте къ намъ весною. Вы будете любимымъ гостемъ въ каждой кучѣ (хатѣ). Тамъ вы въ волю наслушаетесь прекрасныхъ преданій и старыхъ, тысячелѣтнихъ пѣсенъ... Приносятъ поросенка, зажареннаго звеньями на вертелѣ. Это — праздничная дань гостямъ. Хозяинъ ѣстъ не такъ уже скоро. А когда разлили по стаканамъ черное вино, крѣпкій, рыжеватый босніецъ тихо сказалъ.