Записки Русскаго научнаго института въ Бѣлградѣ
277
нормативныхъ, обычно -религозныхь и обычно-идейныхъ ‘именно вслЪдств!е своей старины, традищонности и привычности, система политическихъ идей, содержащихся въ „чиновныхъ книгахъ“ должна была имфть для современниковъ, даже ‘независимо отъ своей оффищальной декларированности, отчасти извЪстную нормативную авторитетность "), отчасти програмно-руководящее значене.
Однако, идеямъ должны были сообщать н5которую нормативную силу не одна старина и привычность. ПослЪдая ‘могли почерпать дополнительную, обновляющую силу, спасающую`обычаи отъ ослабленя и забвеня, и даже получить развите, въ своемъ оффищальномъ государственномъ и церковномъ декларировани и толкованм въ особенно торжественной обстановкЪ, въ фактЪ публичнаго признанйя со стороны государственной и церковной властей, въ своемъ указномъ уточнени и восполнени и въ религозномъ чувств$ са‘`момъ по себъ.
Дополнительное значене послфдняго не слЪдуетъ преуменьшать для той эпохи. Обязательность декларируемыхъ ВЪ „чинахъ“ идей отчасти вытекаетъ изъ очень важнаго въ теократ!яхъ критер!я объективности права и правды — именнно религозной нормативности, религ!1ознаго чувства. Идеи публично и торжественно высказываемыя во время церковнаго чина вЪнчан!я въ молитвахъ, р$Ьчахъ и поучени и символизируемыя въ обрядахь были не просто нравоучительными идеями. Психологически он$ должны были сильно воздЪйствовать на царя и членовъ его правительства, какъ высказываемыя передъ престоломъ Божиимьъ и св. Богородицы, пе‘редъ ликами ангеловъ и святыхъ и гробами предковъ царскихъ, при совершенши священнодЪйств!Й и таинствъ Богослуженя, вБнчан!я царскаго, миропомазаня и евхаристи, предъ освященнымъ соборомъ и всенароднымъ множествомъ. Идеи эти должны были имть для н5которыхъ нормативную силу Богоустановленной правды, обязательность коей равна обязательности повиновения Богоустановленной власти, а можеть быть и превосходить ее.
Въ поучени, р$чахъ и молитвахъ приводятся еще сл$д. основан!я для укр5плен!я обязательности для царя ихъ идей: царь обязанъ повиноваться церкви и ея велЪнямъ, царь — намЪстникъ Бога на землЪ и вслЪдств!е своей Богопоставленности долженъ исполнять Божественные законы, царь — долженъ имть страхъ передъ Богомъ и бояться отвЪтственности
Т) Надо принять во вниман!е, что тогда единая правовая, нравственная, религ!1озная и иная нормативность, единая „правда“ не дифференцировалась еще и трудно сказать, гдЪ тогда начиналось одно и кончалось другое. Поэтому можно говорить, въ данномъ случаЪ, только о нормативности, нормативной авторитетности вообще, а не о какой-либо опредЪленной.