Топола
115
скіе эдикты во всі парламенты французекаго государства, въ силу которыхъ парламенты со всею строгостію должны были преследовать веъхъ непослушными церкви и принадлежавщйхъ къ какимъ либо тайнымъ обществаыъ ( 1 ). Вслідствіе такихъ распоряженій короля начались страшныя преслідованія всіхв , кто былъ заподозріни въ какихъ либо сношетяхъ съ протестантами; въ присутствіи двора и народа сожжено было' множество лицъ, о которыхъ составилось понятіе какъ объ еретикахъ, слъдоватетьно врагахъ церкви, печатаніе кальвинскихъ книгъ запрещено было подъ смертною казнію. за всіми. являвшимися сочиненіями наблюдала строгая цензура.. Нечего и говорить, что сынъ и преемникъ Франсуа I. Генрихъ II строго слідова л ъ консервативному направленію своего отца; извістно изъ исторіи, что въ самый день его коронацій на Гревской площади медленнымъ огнемъ сожжено было нісколько Гугенотовъ, темницы наполнялись жертвами ложной религіозной ревности, смерть грозила каждому за всякую мысль противную господствующей церкви... Въ такомъ положеній находилась Франція, когда Серветъ въ строгомъ уединении готовилъ въ Тулузі сочиненіе, долженствовавшее, по его убіжденію, еділать перевороти въ религіозноми міросозерцаніи человічества и указать последнему путь къ истинному христіанству, къ христианству по духу первенствующихъ времени. События во Францій очевидно не представляли ему никакой возможности осуществить на ділі свои планы. Составляя антихристианское сочиненіе. Серветъ въ то же время своими глазами ви-
чистилище, оправдане добрыми ділами, призьіваніе святыхъ, почптаніе пконъ, дерковныя церемоній, церковные законы, посты пир. (*) До какой степени деятельно заботился парижскій парламентъ о вьшолненіп эдикта короля, видно изъ того, что оггь тотчасъ же объявплъ книгу Кальвина «Institutio Christiane fidei« еретическою, а потешь издалъ распоряженіе о повсемГстноиъ преданіп ея огню.